Оршотан де, 24.07.2017, 21:50
Марша вог1ийла (йог1ийла) Гость | RSS

Йоккха Атаг1а (Старые Атаги)

Ков (вход)
Караде (поиск по сайту)
Керла сурт (новая фотография)
Сайтан хан (Сайт существует)
Вайга хьоьжу дуьне (География посетителей)
Хенан х1оттам (Погода в Атагах)

Тхан яздархой (наши авторы) »
» Зура Итсмиолорд

[ Т1едаккха (добавить) ]

Когда плачут небеса
Когда плачут небеса
Зура Итсмиолорд
- Курли-курли, - заунывно кличут журавли.
Мужчина вглядывается в небо, пытаясь рассмотреть треугольники улетающих птиц. Но ничего не видно. Тяжелые мысли давят. Кажется, что под их тяжестью он вот-вот начнет проваливаться в землю.
Появляется черная точка вожака стаи, а за ним медленно появляются едва видимые нити треугольников. Птицы медленно, но уверенно направляются к нему. И тут до сознания доходит, что это тяжелые бомбардировщики. Страх накатывает железным катком и начинает давить, пытаясь раскатать Амира в лепешку. Напрасно пытается шевельнуться.
- Ла илаха илла-Ллаху, Мухаммад расулу-Ллахи» («Нет бога кроме Аллаха, Мухаммад Посланник Аллаха»), - произносит он про себя спасительные слова, прежде чем отойти в мир иной.
Но вдруг эта сатанинская сила отступает, разжимая объятия. Лишь ноги продолжают чувствовать тяжесть свинца.
Амир взмахивает руками, будто у него выросли крылья, и пытается догнать улетающую стаю. Он бы присоединился к этой стае и полетел в неведомые края. Туда…за горизонт. В Марокко. Он никогда не был в тех далях, да и услышал об этом удивительном крае совсем недавно. Знал, конечно, что существует такая арабская страна. Даже название столицы этого государства знал. И больше ничего. Может, ему это и простительно. Амир – учитель физического воспитания одной из средних школ города Грозного. Тихий. Скромный. Чемпион по шахматам. По молодости увлекался прыжками в длину. Один неудачный прыжок и…инвалид на всю оставшуюся жизнь.
Вдруг земля задрожала. Сплошная черная туча, разрываемая яркими всплесками молний, моментально закрыла небосвод. Оглушающий громовой грохот. Мужчина попытался ладонями прикрыть уши. Но они моментально стали мокрыми от крови.
- Ла илаха илла-Ллаху, Мухаммад расулу-Ллахи» («Нет бога кроме Аллаха, Мухаммад Посланник Аллаха»), - едва слышно простонал Амир.
- Убери руки, гад! Твое второе ухо и на сегодня хватит, - дико смеялся его палач.- Не то, я начну отрезать уши женщинам.
***
- Рамзан! Отзовись, Рамзан! Это я – Хадижат! Я знаю, что ты здесь! – раздался женский голос.
- Женщина, уходи! Ради Аллаха уходи! – крикнул Амир, сделав глубокий вздох. Об острой резкой боли, когда Зверь отрезал ему правое ухо, мужчина забыл, услышав неистовый крик молодой женщины.
Да, да. Его звали именно так. Зверь. И никак иначе. Небольшого роста. Толстый, будто накаченный насосом. Большая круглая голова. Глубоко, но близко посаженные сероватые глаза, широкие раздувающиеся ноздри. Тонкие бесцветные губы и мелкие острые зубы с частыми прорезями. Мелкие поломанные ушные раковины. Бритая толстая голова, кажется, лежит на округлых покатых плечах. Из его рта идет отвратительный запах ацетона, хотя на столе стоит початая бутылка водки.
***
- И так. Ты тоже скажешь, что не хочешь суверенитета? - спросил Зверь, когда дежурный ввел Амира на допрос.
- Я – школьный учитель. Инвалид. И меня вполне устраивает принцип мирного сосуществования.
- Ха-ха. Знаю я ваш принцип мира и добра. Каждому по потребностям, и от каждого по способностям, - сплюнув сквозь редкие зубы прямо под ноги несчастного, зверь, биологически напоминающий человека разумного, изо всех сил ударил носком грубого ботинка в живот учителя.
***
- Ла илаха илла-Ллаху, Мухаммад расулу-Ллахи» («Нет бога кроме Аллаха, Мухаммад Посланник Аллаха»), - пытаясь понять, что с ним произошло, Амир шептал, слизывая языком кровь с разбитой от падения нижней губы.
- Твоя судьба в моих руках. Забудь про своего Аллаха! – успел он услышать, прежде чем получил следующий удар носком ботинка в пах.
-- Ла илаха илла-Ллаху, Мухаммад расулу-Ллахи» («Нет бога кроме Аллаха, Мухаммад Посланник Аллаха»), - как учил его покойный дед, повторял Амир. И за считанные минуты пролетела перед глазами вся его жизнь.
– Аллах, как много я тебе еще должен. За все свои греховные мысли, когда влюбился в замужнюю женщину, желал ее, но не позволил себе в этом признаться ей. А потом спустя годы узнал от ее подруги, что Альбика ушла от мужа, оставив ему трехлетнего сына, потому что безумно влюбилась в коллегу. Не позволила себе признаться в этом ему, уволилась и уехала из республики. Говорят, в Марокко – страну шоколадных людей. Только на прощание сказала подруге, что никогда не забудет жгучие черные глаза и широкие плечи высокого худощавого молодого учителя-тренера, который даже на минуту не задерживается около нее, когда она пытается обратить его внимание на себя.
Аллах, иногда ленился встать на утренний намаз, иногда задерживался с вечерним. Целый месяц постился, но очень часто дни казались слишком длинными. Ароматный запах дурманил голову, и все мысли были связаны с предстоящим разговением. Семью создал лишь потому, что настояла мать. Знал, что ислам приветствует женитьбу по любви, из-за материального достатка женщины или ее набожности. Ничего этого не было. Лейла была сиротой, бесприданницей. К тому же и косоглазая. Толстая черная длинная коса, узкая талия, перехваченная широким кожаным поясом. Вот только эти сросшиеся широкие густые брови и бегающие в разные стороны зрачки. Часто лежа в постели представлял себе, что Лейла сомкнет глаза и навсегда останется с прикрытыми веками зрачками. Знаю, за эти мысли Аллах, Ты наказал меня. Послал незрячую дочь.
- Чего разлегся, скотина?! – этот оглушающий крик и очередной удар в пах оторвал Амира от мыслей о грехах.
- Ханты-Мансийский Автономный округ выполняет свой долг перед Люцифером. Капитан по кличке Зверь отбывает после трехмесячной командировки со связкой двадцати пяти пар хрустящих ушей чехов. Это ими они слышали бредни о пресловутой свободе и суверенитете.
- Ла илаха илла-Ллаху, Мухаммад расулу-Ллахи- Ла илаха илла-Ллаху, Мухаммад расулу-Ллахи» («Нет бога кроме Аллаха, Мухаммад Посланник Аллаха»), - повторял Амир, когда очнулся далеко за полночь и обнаружил, что только он и его сосед Николай остались живыми в этой кузнице Дьявола.
- Амир, нам надо уходить. Не знаю, что их спугнуло. Но они ушли. Спешно ушли, забыв закрыть нас на замок. Даже связку ушей не взяли, - шептал Николай, пытаясь поднять товарища.
- Ла илаха илла-Ллаху, Мухаммад расулу-Ллахи- Ла илаха илла-Ллаху, Мухаммад расулу-Ллахи, - едва слышно выдавил из себя Амир, что есть мочи вцепившись в товарища.
***
- Амир! Амир! Просыпайся же ты! Женщины уже давно там собрались! Нам надо идти!
- А, это опять ты? Какой страшный сон! Не хочу, не могу! Я не хочу больше жить, Николай!
- Ты не прав. Я потерял Иисуса, а к Аллаху еще не пришел. Ты обещал мне помочь. Марьяна призналась, что любит меня. Прошу тебя, вставай.
- Твоей Марьяне теперь все равно. Я больше не могу. За что? Почему? Почему я остался, а они все погибли? Надеялся, что там, высоко в горах, их не настигнут бомбы. Хорошо, что они так и не узнали, что теперь у меня нет одного уха.
- Я отдам тебе свое. Только приведи меня к Аллаху. Не брось меня на полпути. Ла илаха илла-Ллаху, Мухаммад расулу-Ллахи. Ла илаха илла-Ллаху, Мухаммад расулу-Ллахи. Сотни раз в день произношу эту калимат- шахаду, но как только я слышу тяжелый гул самолета, страх сковывает меня , и я начинаю креститься, искать помощи у Иисуса, читать про себя «Отче наш».
- Николай, оставайся у своего Христа за пазухой. Может, так будет верней? В Судный день все будем вместе.
- Алик, я обещал Марьяне принять ислам. Я искренне верю в Единобожие. Но страх… он сильнее меня. Знаешь, хочу, чтобы меня похоронили по мусульманским обычаям на том кладбище, где покоятся останки Марьяны и твоей семьи.
- От моей семьи осталась только коса Лейлы и ступня дочери. И когда плачут небеса, я слышу нежный голос малышки: «Папа, расскажи мне сказку о слепой царевне и добром молодце на белом коне».
- Говорят, на лице Марьям не было ни одной царапины. И упала она навзничь, сраженная большим куском от разорвавшейся ракеты. И когда всю неделю плакали небеса, мне казалось, что это плачет мое сердце от тоски, как и раньше, когда был не в силах жить вдали от не. Веришь, я любил ее с пеленок. Мне было шесть лет, когда родилась Марьям. Она была младшим ребенком в семье наших соседей. Руслан был на год старше меня, а Рустам – младше на два. Отец пил, и мои родители развелись. Мама забрала меня. А я плакал день и ночь. Не признавался, что не могу жить без своих друзей. Тогда еще не осознавал, насколько сильно привязан к Марьяне. Мама вышла замуж, а меня отдала отцу поставив условие, что бабушка будет жить с нами. Но его убило током, когда мне не было и десяти лет. Мама же вскоре разошлась и вернулась ко мне. Тогда, если честно, я уже не нуждался в материнской ласке. Я сам был влюблен. Серьезно. По-взрослому. Нет, ты не подумай, что я говорил об этом вслух. Любил сердцем, любил поступками. Мне хватало возможности видеть ее каждый день. Мог запросто принести ей мороженое, нарвать букет полевых цветов, поймать бабочку для нее или нести в школу ее портфель. К тому времени, когда окончил нефтяной институт, она успела подрасти. Стала стеснятся меня. Никогда не смотрела мне в глаза, наверное, даже забыла, что я носил ее на плечах, катал на санках и велосипеде. По распределению я улетел на Мангышлак. Она училась в выпускном классе. Когда приехал на Новогодние праздники, привез ей огромного розового слона. Всю дорогу, а я летел в небольшом самолете, обнимал игрушку, пытаясь передать тепло своего сердца. Не поверишь, но верил, что и она любит меня. Ее взгляд, улыбка, манера поведения, голос – все это говорило о единстве наших душ. Я приехал на праздник, а получилось, что на похороны. В тот день умерла моя бабушка. Все были с нами рядом. Помогали, поддерживали делом и словом. Я даже забыл про слоника. Бабушка была самой большой моей частью. Вернее, я был ее маленьким кусочком. Именно она научила меня жить и любить, верить и надеяться. С именем Иисуса на устах она вставала и ложилась спать, пекла пироги и чистила картошку, провожала в школу и ждала из института. Вера стала для меня неотъемлемой частью. Но я никогда не задумывался над разницей вероисповедания, пока, однажды, после похорон бабушки, Марьяна не сказала, что не хотела бы лежать в таком гробу, обтянутом черной тканью, как бабушка Сима. Я тогда и не знал о разнице погребения мусульман и христиан. Честно, никогда не задумывался над этим, и мне не приходилось бывать на мусульманских кладбищах. Не сказать, что меня обидели слова Марьяны, но, видать, задели, что я не стал с ней прощаться, когда на следующий день улетал в Шевченко. Надеялся приехать на мартовский праздник. Увы, командировка в Нижневартовск сорвала мои планы. Потом Кульсары, Аксарайск. А в сентябре Марьяна уехала на сельхозпрактику в станицу Ассиновская. Очень расстроился. Мне, действительно, не хватало ее глаз, улыбки. Я видел много красивых девушек, но такой милой, как Марьяна, никогда.
Много и часто спрашивал у матери о Марьяне, так,что она даже спросила: «Сынок, ты влюбился в Марьяну?»
- Нет, - ответил я. И не соврал. Сказал правду, но не всю. Правда была в том, что я давно любил ее. «Влюбиться» означало испытывать чувства сейчас, сиюминутно.
А к следующему Новому году моя Марьяна оказалась чужой невестой. Несколько дней я просил Иисуса, расстроить чужую свадьбу. Просил Всевышнего подарить ее мне. Купил кольцо, и твердо решил на ней жениться. Если раньше мои просьбы доходили до Господа, все в жизни выравнивалось само по себе, тут Бог решил меня испытать.
- Ты его любишь? – спросил я, передавая коробочку с колечком.
- Уважаю, - ответила девушка твердо.
Не знал, что делать.
- Я тебя люблю, - робко продолжил свой разговор.
- И я тебя люблю.
- Тогда выходи за меня замуж.
- Не могу. Мне не разрешат.
- Кто?
- Братья. Родственники.
- Почему?
- Я - мусульманка. И моя вера не позволяет такой брак.
- Разве вера мешает любить?
- Я люблю тебя. Но выйти замуж не могу. Мусульманка может выйти замуж только за мусульманина.
- Что же делать? Разве я виноват в том, что родился христианином?
- В исламе считается, что все рождаются мусульманами.
- Тогда мне нужно время, чтобы вернуться в лоно ислама. Дай мне время. Не выходи за него замуж.
- Меня уже засватали. Назначили день свадьбы. Я давно ждала этот разговор. Но ты, видать, не спешил. Пожелай мне счастья.
- Я не буду счастлив без тебя. И все же, желаю тебе быть счастливой. Всегда буду рядом. Помни, что сильнее меня никогда никто не будет любить тебя. Когда тебе будет грустно, я засею ночное небо звездами, чтобы они ласкали тебя. Когда тебе будет холодно, пришлю к тебе зацелованные до умопомрачения облака. Когда тебе будет тяжело, заставь небеса плакать и я выпью всю твою горечь.
- А если тебе будет грустно, посмотри на солнце. Я всегда буду там, на небесах, сверху наблюдать за тем, что происходит внизу, на земле, где есть ты.
Почему небо не слышало, как плакали наши сердца? Почему никому не дано прочувствовать чужую боль в полной силе и том объеме, который дается испытываемому? Мы сочувствуем, когда у кого-то болит зуб, зная, как это больно, но не испытываем эту боль.
Скрыть свои слезы мы не смогли. В тот вечер даже розовый слоник, который так и остался в нашем доме, показался мне мрачным.
Я не смог бы видеть Марьяну в свадебном платье. Поэтому уехал, не попрощавшись с ней. И я потерялся на дорогах жизни. Не находил себе место. Нашел работу на Магадане. Потом, Архангельск. Владивосток. Москва.Брест. Петрозаводск. Туапсе. Баку. Менял города. Вглядывался в толпы девушек. Напрасно. Магнитом тянуло к той единственной, которую потерял. Долгими зимними ночами, уткнувшись в подушку, кусая ее края, проклинал себя за слабость. Даже стал ходить в церковь. Но чувства были сильней меня. Знал о Марьяне почти все: где и как живет, как часто навещает родительский дом, как одета. Но никому не дано было знать, что она чувствует. Только мне. И когда зачастили дожди, почувствовал, что нужен ей. На смену дождливому лету, пришла затяжная дождливая осень. Не в силах бороться с собой, решил навестить маму, которую не видел уже пять лет. Правда, она часто писала, а я изредка звонил ей.
Узнав, что Марьяна живет в удачном браке, я, считай, сошел с ума. Искал ее везде, всегда. Даже работа не отвлекала меня от мыслей о ней. Потеряв веру в Иисуса, стал обращаться к Аллаху. Но не просил счастья для Марьяны. Я стал просить ее для себя. Несколько раз перечитал Коран, хотя толком ничего и не понял. Научился молиться, даже стал совершать намазы с целью успокоения. Казалось, что готов принять веру мусульман, но в какой-то момент чисто механически крестился. Потом сплевывал через левое плечо и опять обращался к Аллаху. Так прошло два года. Марьяна хорошела с каждым днем. Мы часто виделись, но, ни разу не говорили о своих чувствах. Она стала все чаще бывать в родительском доме. Это, как радовало, так и огорчало меня. Большие карие очи Марьяны тускнели на глазах. Она похудела, стала грустной. Я связывал все это с болезнью ее матери. Оказалось, что ее брак рушится из-за невозможности иметь ребенка. Пять раз на день просил Аллаха ниспослать ей все земные блага. И тут же радовался возможности видеть ее каждый день. Прочитал Коран от корки до корки. Даже мог поспорить с некоторыми в скорости чтения многих сур, которые заучил наизусть на арабском языке, хотя смысла не понимал. Руслан и Рустам гордились моими знаниями в области мусульманской теологии. Но я срывался. Мне казалось, что предаю Иисуса, становлюсь вероотступником. Искал ответ на страницах священных писаний, сравнивал их. Но глубокие тайны Всевышнего были мне не по зубам.
Меня стали радовать плачущие небеса. Заряд бодрости и энергии получал от грома и молнии, которые, в свою очередь, пугали мою Марьяну. Она, как трепетная лань, забивалась в дальний угол и не выходила из дома даже в пасмурный день. Стала бояться малейшего шороха. Ее стали мучить головные боли. Со временем появился какой-то внутренний голос и стали поговаривать, что в нее вселился бес. Я не был готов верить во все это, пока сам воочию не увидел, как поселковый мулла пытался выгнать джина из нее. А потом… потом этот мулла забрал мою Марьяну, обещав вылечить. Шестидесятилетний старик женился на двадцатипятилетней молодой женщине. Однажды я встретил ее на рынке. Рядом с ней был мужчина преклонного возраста с глубокими бороздами морщин. Видел, как она стесняется, не хочет, чтобы я знал, с кем она живет. А я потерял покой. Денно и нощно стал вымаливать ее у Аллаха. И, как и раньше. Стал просить ее для себя. Забыл, что Марьяна тоже имеет право на счастье. Мне было все равно, любит ли она меня, или того, с кем рядом. Вскоре убедился в силе Слова. Аллах дал Марьяне развод с муллой, о котором я Его просил. Через месяц умерла ее мать. Потом трагически погиб Руслан. Марьяна впала в глубокую депрессию, хотя и пыталась делать вид, что рада мне.
А я… я продолжал метаться меж двух огней. Ислам и Христианство. Иисус и Аллах. Иблис и Люцифер делали свое подлое дело. Боялся вероотступничества, но в моем сердце жило Единобожие. Через всю свою суть я пропустил все испытания, которые прошел Иисус. Опустошенным падал, но любовь к Марьяне давала новые силы. Хотел ее видеть, не мог прожить и дня без нее. Тогда Аллах протягивал мне руки и вел неизведанными тропами.
Когда был уверен, что я – истинный мусульманин, пришла новая беда. Началась военная компания. Когда Рустам предложил мне вместе с ним и Марьяной уехать в их родовое селение, я попросил ночь на размышление. Честно, зная обычаи чеченцев, испугался, что навсегда буду лишен возможности обнять свою Марьяну как жену. Если бы я принял предложение Рустама, то должен был согласиться стать их братом, что вовсе не входило в мои намерения. Конечно, я любил его. Любил, как брата, друга. Кого из них больше? Марьяну или Рустама? У меня до сих пор нет ответа. Рустама я мог обнять в любой момент. Мы часто лежали рядом на одном диване, когда смотрели телевизор. Ели из одной тарелки. Запросто менялись куртками, допивали чай друг за дружкой. Но Марьяна… Моя Марьяна. Ее обнять я мечтал. Очень… Утро следующего дня принесло нам новые испытания. Рустам погиб во время авианалета. Ты помнишь, как мы похоронили его в нашем дворе? Голова Барсика была размножена, а котята жадно вцепились в вымя, пытаясь побороть свой страх. Немецкая овчарка Динга жалобно скулила, лапой пытаясь оттащить котят. Марьяна взяла котят на руки и протянула мне.
- Марьяна, выходи за меня замуж. Я тебя очень люблю. Буду для тебя опорой и защитой.
- А если умру, положишь меня в гроб, обтянутый черной тканью?
- Нет, моя родная. И, если мне будет суждено умереть раньше тебя, похорони меня по мусульманским обычаям.
- Я тебя всегда любила. Сколько себя помню.
- А я тебя люблю. Безумно люблю.
- Тогда мы поженимся, как только эти слепые котята, увидят этот страшный мир несправедливости и зла.
- Тогда давай я отвезу тебя в горы вместе с семьей Амира. Как только найдем муллу, проведем обряд бракосочетания по Шариату и никогда, слышишь, никогда не будем расставаться. Никогда небеса не будут плакать из-за нас.
***
- Так ты успел ее обнять? – прервал Амир исповедь Николая.
- Нет. Ты, как всегда, не вовремя.
- Ну. Прости. Может, это и к лучшему. Одним грехом меньше. Погибли они все, а вы так и не успели породниться.
- Так, я еще физически не готов. Духовно, да. Ты понимаешь, о чем я говорю. Не мог же я с ней говорить на эту тему. С братом ее тоже не мог. Об одном прошу, если не успею. Похорони меня по-мусульмански. Ла илаха илла-Ллаху, Мухаммад расулу-Ллахи.

***
- Вот, Амир идет. И его друг, кажется, сосед, - расступилась толпа женщин.
- Доброе утро. Простите, что задержались. Не думаю, что нас впустят на территорию.
Предлагаю женщинам остаться здесь. А я попытаюсь с товарищем незаметно пролезть на территорию.
- Нет. Не будем рисковать. Вы – единственные свидетели зверств, о которых еще должно узнать мировое сообщество. Будем стоять здесь до конца, пока не обратят на нас внимание. Мы и фотографии своих родственников принесли. Когда нам разрешат пройти на закрытую зону, вы подскажите, где нам искать своих близких.
Не успели мужчины дать свое согласие, как у толпы собравшихся женщин остановились машины.
Первым из темного автомобиля вышел плотный коренастый мужчина в папахе. Уверенной походкой он подошел к толпе, громко приветствуя всех.
- Так это Глава Временной администрации, наш Ахмат-Хаджи.
- Что вас беспокоит? Почему вы тут собрались?
- Уже несколько месяцев мы не можем попасть на эту территорию. Здесь удерживали наших близких. А сейчас говорят, что здесь никогда никого не держали под стражей.
- Вы уверены, что тут могут содержаться ваши близкие?
- Я точно знаю, что здесь был мой муж. Я успела с ним поговорить,- вступила в диалог женщина высокого роста.
- Значит, тебя зовут Хадижат. Слышал, как вы кричали друг другу. Я был последним, которому эта тварь отрезала ухо, - сказал Амир, трогая место, где когда-то у него была ушная раковина.
- А как вы смогли уйти? Неужели они отпустили вас?- спросил кто-то из толпы.
- Не знаю, что произошло. Они, буквально, выбежали, когда на БТР-е подъехали военные. О чем-то шептались недолго. Я выбежала вслед за ними. Хотела посмотреть в какую сторону они едут. Но когда вернулась, дверь была наглухо закрыта. Я долго била кулаками, кричала, плакала. Но меня не впустили. Молоденький солдат посоветовал уходить окольными путями, пока Зверь не вернулся.
- Правильно сделала. Повезло тебе.
- Но с тех пор я не могу сюда больше попасть. Уходя, я прихватила журнал, который лежал на дежурном столе. Часть страниц в нем вырвана. Данных о задержании моего мужа в нем нет, хотя я точно знаю, что он там был.
- Возможно, что они давно закопали их во дворе. Там уже несколько месяцев работает экскаватор.
- Если экскаватор работает, то мы ничего не найдем. Надо осмотреть подвальные помещения, - вступил в разговор Николай. Тех, кто умирал от потери крови или жестокого обращения, скидывали в подвал. Там был и я.
- Вы меня подождите тут. Я сделаю все, что в моих силах,- уверенно сказал Глава.
Когда на его настоятельные требования дежурный открыл ворота, Кадыров уверенным шагом направился к подвальным помещениям.
Одни из охранников опередил его и своим видом показал, что не пустит дальше.
Ахмат-хаджи улыбнулся слегка и сказал:
- В Коране утверждается, что «ни одному человеку Мы не давали вечной жизни» (А Сура «Аль-Анбия, аят34), «Каждая душа вкусит смерть» (Сура «Аль-Анбия, аят 35), «Но Аллах не отсрочит ни одной душе, коль скоро наступит определенный для нее (души) срок. Аллах знает о ваших деяниях и воздаст вам за них» (Аль-Мунафикун, аят.11).
Если суждено умереть, то ее не избежать. Я пройду в помещения. И если там что-то есть, дам знать.
- Разрешите с Вами, вы же сами говорите, что место и время смерти предопределено.
- Хорошо. Только держись на приличном расстоянии от меня. Спутай след в след, положившись на волю Аллаха.

***
Время и место смерти героя оказались другими. Все это случилось в первой декаде марта 2001 года. Глава Временной Администрации даже был избран Президентом многострадальной Чеченской Республики. Он погиб от террористического акта на стадионе во время празднования Дня Победы в Великой Отечественной войне.
Его земные дела завершились вместе с его кончиной, но слава о нем никогда не умрет. Его светлое имя останется в сердцах потомков.
Вечная память героям!
Память об достойно ушедших нужна живым.

P.S.

Николай погиб через несколько дней на растяжке. Амир похоронил его на мусульманском кладбище. Правда, не там, где покоится Марьяна.
В народе говорят, что души захороненных на разных кладбищах ходят друг к другу в гости. Может, Марьяна станет гурией Николая, вернее, Юсуфа. Ему очень нравилось это имя. Но так и не успел им стать.
Амир доживает свой век в одиночестве со своим горем. Он так и не оправился от ужасов войны. Кошмары мучают его по ночам…
А, когда плачут небеса, наш герой не спит, перебирая в памяти подробности той страшной ночи репетиции ада, устроенного Зверем из Ханты-Мансийского округа.
Как хочется, чтобы это был сон, а не страшной правдой войны, затеянной человеком против человечества.
И журавли прилетают ранней весной и улетают осенью. Вроде, и не было войны. Когда услышите заунывную песнь, посмотрите им вослед.
Прощаясь до новой весны.
Без войны.
Появляется черная точка вожака стаи, а за ним - едва видимые нити треугольников.

- Курли-курли!
Къастар: Зура Итсмиолорд | Д1аяздина: itsmeolord (10.11.2012)
Хьоьвсина 987-за | Тидам бар: 5.0/1



Массо а т1еаларш 0 ду
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Антибаннер
Услуги
Купля - продажа, дарение или наследование домовладения или земли требует, чтобы было проведено межевание земельных участков, а также для оформления в собственность земельного участка !!! 
Желающим обращаться по телефону:
8 (963) 989-06-06
Вевза-везачуьнга (Посоветовать ссылку)